Приветствую Вас Гость | RSS

Новая Россия

Понедельник, 23.10.2017, 23:27
Главная » Статьи » Дайджест » СМИ

Сергей Удальцов: «Обещаю выжить!»
25 декабря координатора движения «Левый фронт» Сергея Удальцова после окончания уже второго подряд административного ареста привезли из больницы в суд, где он был осужден судьей Боровковой еще на 10 суток административного ареста по эпизоду с пикетом, который произошел еще в октябре 2011 года. На оглашении приговора Удальцову стало плохо, и скорая увезла его в больницу. С момента первого ареста, произведенного 4 декабря за переход дороги в неположенном месте, Удальцов с перерывами на лечение ведет сухую голодовку. Журналисты, которым с трудом удалось пробиться в здание суда, смогли поговорить с Удальцовым в перерыве между судебным слушанием и вынесением приговора.

Сергей Удальцов

Координатор движения "Левый фронт" Сергей Удальцов за последние 3 года был задержан 14 раз. Активист и оппозиционер левого движения, Сергей постоянно участвовал в разных акциях протеста, его задерживали, выпускали, задерживали снова. После очередного задержания в день митинга на Болотной площади 10 декабря Удальцов объявил голодовку, из-за которой его вскоре поместили в больницу. К этому моменту правозащитная организация Amnesty International уже назвала Удальцова узником совести, а стотысячная толпа на проспекте Сахарова имела в виду и его, когда требовала освобождения всех политзаключенных.

Утром 25 декабря Удальцова должны были выписать из больницы и перевести в спецприемник, а вечером отпустить в связи с истечением срока ареста. 

Вместо этого его повезли в суд. На суд не допустили ни журналистов, ни депутатов, Удальцову стало плохо, а судья присудила ему еще 10 суток административного ареста. Журналисты, фотографы и правозащитники записали на видео, как именно судебные приставы нарушали закон во время суда над Удальцовым.

Теперь, когда уповать на законность оппозиционеры и правозащитники не видят смысла, на сегодня с пяти вечера назначен несанкционированный митинг за освобождение Удальцова у Тверского суда; около ГУВД на Петровке, 38, пройдут одиночные пикеты всех желающих. А 29 декабря планируют провести согласованный митинг — место еще уточняется.

Журналисты, которым с трудом удалось пробиться в здание суда, смогли поговорить с Удальцовым в перерыве между судебным слушанием и вынесением приговора.

Тимофей Дзядко, Forbes: Сергей, как вы себя чувствуете? 

Сергей Удальцов: Чувствую себя плохо. Если будет вынесен приговор 15 суток, я буду вынужден продолжить сухую голодовку. Я понимаю, что это связано с риском для жизни, но я не могу оставить так неправосудное решение суда, нужно продолжать бороться.

Тимофей Дзядко, Forbes: Зачем идти на такие крайние меры?

Сергей Удальцов: Я свой выбор сделал и прошу его уважать. Голодовка будет продолжена. Обещаю выжить.

Григорий Охотин, «Большой город»: Сергей, вам удается следить за тем, что происходит в Москве?

Сергей Удальцов: Периодически. Находясь в спецприемнике, это делать сложнее, хотя там было радио, и какие-то основные новости узнать удавалось. В больнице люди рассказывали. В целом я в курсе событий.

Григорий Охотин, «Большой город»: Как вы оцениваете то, что на митинге 24 декабря среди выступающих было явное преимущество у правых — экономически или идеологически — сил? Что вообще происходит с левыми силами?

Сергей Удальцов: Я считаю, что оргкомитету на будущих акциях следует более четко планировать свою работу и лучше обдумывать состав выступающих. Пока действительно есть некоторый дисбаланс и перекос. Я не вижу в этом злого умысла, скорее, просто идет притирка, и в целом левый голос все-таки прозвучал. Было мое выступление (записанное на видео. — БГ), выступал Илья Пономарев, Константин Косякин. Просто к следующему митингу оргкомитету надо четче соблюсти баланс. 

И второй аспкет, очень важный, это то, что, в отличие от представителей либеральной оппозиции, так называемая официальная левая оппозиция полностью пока дистанцируется от участия в этом народном протесте. Там должны были быть и лидеры КПРФ, и лидеры «Справедливой России». Был Илья Пономарев, но он был в единственном числе и больше от лица «Левого фронта». Пока позиция самой партии, на мой взгляд, трусливая, и я не зря в своем выступлении призывал их сдать мандаты. Если бы они сдали мандаты, то они бы действительно совершили в своем роде революцию, и ситуация перешла бы в иное качество. Их трусливая позиция в том числе ослабляет и левое движение. Я очень из-за этого переживаю и надеюсь, что, выйдя на свободу, нам удастся эту ситуацию направлять в лучшую сторону. В целом я убежден, что консолидирующий вектор развития России, который может охватить максимальное количество людей, это социал-демократический вектор, который близок большинству населения.

Григорий Охотин, «Большой город»: Кого вы видите в потенциальной коалиции левой оппозиции?

Сергей Удальцов: Я предлагал и продолжаю предлагать создать на базе оргкомитета митинга, тех гражданских движений, которые сейчас появились, — «Белая лента», групп в «Фейсбуке», «Твиттере» и других соцсетях, безусловно, с привлечением творческой интеллигенции и представителей социальных движений — создать комитет национального спасения. Это структура, которая возьмет на себя ответственность и за подготовку протестных мероприятий, и за выработку требований, и за переговоры с любыми представителями действующей власти, и, в случае необходимости, эта широкая демократическая структура должна стать переходным народным правительством — в том случае, если нам потребуется, отстранив от власти нынешний, не побоюсь этого слова, бандитский режим, трансформировать законодательство и проводить новые выборы. Комитет национального спасения — это мое предложение, могут рассматриваться и другие идеи, но подобная структура на переходный период нужна, потому что если мы будем действовать аморфно и размыто, то есть большой риск, что власти растащат нас по разным углам, кого-то подкупят, кого-то запугают, кому-то что-то пообещают. Они будут пытаться нас рассорить, пытаться проводить какие-то сепаратные переговоры. Но если мы будем немножко мягче друг к другу относиться и не будем выискивать самые мелкие огрехи друг у друга, то я думаю, мы добьемся результата, и не минимального, а максимального. Ближайшие две-три недели надо потратить на то, чтобы такую структуру сформировать.

Григорий Охотин, «Большой город»: Сергей, в подобную структуру должны входить люди, которые сами себя называют русскими националистами?

Сергей Удальцов: Надо четко провести черту — люди, которые были когда-либо замечены в пропаганде человеконенавистничества по национальному, расовому признаку, призывают к насилию, — такие люди участвовать не должны. Потому что это тупик, это гибель, это провокация. Националисты, которые действуют адекватно, цивилизованно, которые высказывают какие-то здравые идеи и, самое главное, не стоят на позициях человеконенавистничества, я думаю, как представители нашего общества вполне имеют право и участвовать в протестах, и в работе соответствующих структур, в том числе и комитета национального спасения. Но эта черта должна быть проведена, и ее надо очень жестко соблюдать. Те, кто зовут убивать из-за различного цвета кожи или другого носа, — с такими людьми нам не по пути.

Григорий Охотин, «Большой город»: Сейчас среди интеллигенции уже даже Навального воспринимают как наци, считают, что Путин — лучше Навального. Как вы думаете, этот страх оправдан или национализм достаточно маргинальное явление в России?

Сергей Удальцов: Если не считать совсем молодое поколение, которое только входит в жизнь, — пятнадцати-шестнадцатилетних, которые очень сильно заражены националистической, даже практически нацистской пропагандой, которой, я думаю, и Кремль способствует, — то большая часть населения — средний возраст, старший возраст, люди, которые родились еще в Советском Cоюзе, — этими идеями еще не заражена. Проблема межнациональная есть, но большинство нашего общества стоит на позициях здорового сосуществования народов — при условии соблюдения законодательства, общих традиций, устоев и не ущемления прав друг друга. 

Я надеюсь, что, как бы ни пытались сейчас разжечь этот костер межэтнических конфликтов, мы помним, как развалили Советский Союз — а национальный вопрос тогда играл одну из решающих ролей, и делалось это во многом искусственно. Не надо кивать на Кремль, это дело всех нас — самим не допустить этой ситуации. Если мы допустим, чтобы и Россию растащили по такому же принципу, то просто потомки нам этого не простят. Я надеюсь, что большая часть населения еще сохраняет здравый смысл и не будет поддаваться на такую ксенофобскую, нацистскую, расистскую пропаганду.

Ульяна Малашенко, «Коммерсант-FМ»: Сергей, как вы оцениваете роль Алексея Навального в протестном движении?

Сергей Удальцов: Я позитивно оцениваю роль всех, кто сегодня организует народный протест. В том числе я позитивно отношусь и к Алексею Навальному. По идеологическим взглядам я не могу назвать себя его полным соратником, но сейчас специфика ситуации такова, что собрались люди самых разных взглядов, самых разных идеологий, и наша задача сейчас — создать климат свободы. Надо создать ситуацию, когда будут контролируемые гражданами выборы и политическая конкуренция. И тогда каждый — и Навальный, и Удальцов, и Каспаров, и все другие смогут со своими идеями и со своими организациями выходить на выборы, и уже граждане будут оценивать, кого поддерживать. Сегодня это наша цель, и она нас всех объединяет. Ко всем я отношусь с большим уважением, и я против того, чтобы кого-то сейчас выделять или приуменьшать чью-то роль.

Ульяна Малашенко, «Коммерсант-FМ»: А нужна ли сейчас такая фигура, которая бы сплотила всех?

Сергей Удальцов: В истории России уже была масса примеров, когда люди ориентировались на какую-то одну личность и потом жестоко разочаровывались. Так было и в недавнем нашем прошлом, когда фигура Бориса Ельцина сначала всех консолидировала, а потом он по сути узурпировал власть. Я считаю, что в ближайшей перспективе актуальна некая коалиция, группа лидеров, которые будут договариваться, согласовывать свои действия и представлять разные части политического спектра. Когда будут свободные выборы, тогда уже пусть выбирает народ. Сегодня пытаться нашему широкому движению найти единого лидера может привести только к тому, что все рассорятся и благородный порыв масс снова будет растрачен впустую.

Ульяна Малашенко, «Коммерсант-FМ»: Как вы оцениваете успехи протестного движения?

Сергей Удальцов: Если еще месяц назад кто-нибудь сказал, что Дмитрий Медведев выступит и заявит то, что он заявил 21 декабря — я об облегчении регистрации партий, изменении порядка проведения выборов, — никто бы не поверил. Результат уже есть. Но пока это результат минимальный. Власть будет делать все, чтобы народный протест ослабить, и будет надеяться, что он спадет, и все вернется на круги своя. Сейчас их главная задача — избрать Владимира Путина на новый срок в марте 2012 года. После этого любые заявления, которые сейчас делает Медведев, легко могут быть дезавуированы. Поэтому я считаю, что нашей главной задачей сейчас является недопущение проведения заведомо незаконных, дискриминационных выборов президента в марте. Все реальные оппозиционные кандидаты отсечены от этих выборов, нам готовят очередной спектакль. Наше движение, которое набирает с каждым днем обороты, не должно поддаваться на их обещания, и никакой веры кремлевским бандитам, как бы это пафосно ни звучало, никакой веры им быть не должно. Выдвинули требования — стоим на них до конца. Мы должны добиваться ситуации, когда власть будет вынуждена или полностью выполнить наши требования, или просто уйти.

Григорий Охотин, «Большой город»:  Сергей, а как вы объясняете происходящее с вами, для чего они это делают, зачем вспомнили октябрьскую историю?

Сергей Удальцов: Логического объяснения я не вижу. 10 декабря — многотысячный митинг на Болотной, на котором требуют освобождения политзаключенных, в этот же день по окончании митинга мне дают 15 суток по абсолютно надуманному делу. Сегодня, на следующий день после еще более крупного митинга, который требовал того же самого в части особождения политзэков, меня снова судят. Мы не знаем, сколько в итоге будет суток, скорее всего, административный арест. 

Можно выдвинуть конспиралогическую версию: таким образом просто дополнительно разжигают народный гнев. Более прозаическая версия — это просто личная месть кого-то из полицейского руководства или еще чьего-то руководства, хотя я не знаю, кому мог так насолить. Просто в тупость исполнителей слабо верится, потому что это Москва — все рядом, и не реагировать, по-моему, довольно сложно.

Григорий Охотин, «Большой город»: Может быть, это попытка напугать всех остальных активистов?

Сергей Удальцов: Может быть, они кого-то и хотят запугать моей ситуацией, но они уже добиваются только обратного эффекта. Я скажу так: то мы это обсуждали уже сегодня: судья Боровкова — лучший борец с режимом, потому что после таких правосудных актов, я думаю, люди, которые и не собирались протестовать, просто поднимутся волной.

Григорий Охотин, «Большой город»: А с вами личных переговоров не вели, не предлагали успокоиться, не выходить на акции?

Сергей Удальцов: Последний раз такие беседы со мной вел летом небезызвестный господин Окопный — это центр по борьбе с экстремизмом, приезжал ко мне в спецприемник (но это было летом еще) и проводил полюбовного рода беседу. Я ему ответил, как бы так выразиться, жестким отказом на его соблазнительные предложения. Рефреном шло, что не пора ли заканчивать — у тебя дети, семья, может дальше и хуже быть, зачем тебе это надо. Стандартный набор прямых предложений сотрудничать не было, это на меня уже давно выходили с такими предложениями, я их давно отверг категорически, поэтому, видимо, они считают, что нет смысла со мной на эту тему общаться. Видимо, они на мне уже крест поставили.

Источник: http://www.bg.ru/stories/9873/
Категория: СМИ | Добавил: Корб (26.12.2011) | Автор: Григорий Охотин, Большой Город
Просмотров: 5962 | Теги: судилище, Удальцов, политзаключенные, узник совести, гражданское сопротивление, гражданский протест | Рейтинг: 5.0/2
avatar
Всего комментариев: 0